(Куплет 1)
На стенах трещины, как шрамы на душе моего дома,
Здесь каждый удар — это часть продажного закона.
Свет сверкающих лампочек, и запах дыма сигарет,
Мы выросли на этих лестницах, где нету веры в свет.
Подъезды помнят все: первый поцелуй, и ссоры,
Там прятались от холода и от людей в форме.
Здесь каждый шаг — история, в бетонных плит,
Где счастье — мимолетное, сгоревший мир.
Тут нет парадных входов, нет блестящих витражей,
Лишь отпечатки судеб, сотни убитых виражей.
Мы видим больше, чем показывают нам с экрана,
Где люди закрывают рукой — свои забытые раны.
И если кто-то скажет, что здесь нет любви и правды,
Пусть завалит своё, где слышны только наши залпы.
Слова летят, как пули, мы хаваем этот вред,
Нам не нужны герои, мы и есть тот самый свет.
(Припев)
Грязные подъезды, бетонные сердца,
Мы так хотим пройти все до конца.
Здесь история, каждый след начала,
Среди оплеванных стен, что видели рассветы и закаты.
Грязные подъезды, бетонные сердца,
Мы так хотим пройти все до конца.
Здесь история, каждый след начала,
Среди оплеванных стен, что видели рассветы и закаты.
(Куплет 2)
Подземный мир, что скрыт от света,
Где каждая минута расписана в сюжетах.
Ты можешь видеть роскошь, но не видишь наших бед,
Ты можешь слышать музыку, но не слушай мой рэп.
Мы дышим этим воздухом, наполненной надеждой,
Пусть наша жизнь не выглядит такой пиздатой.
Мы знаем цену каждым заработанным бабкам,
И не просим помощи у богатых пап.
Я видел слёзы брата, что не мог подняться,
И видел его гордость когда он смог остаться.
Неважно, где ты, если ты не предал свои корни,
Ведь корни те, что делает тебя сильнее стали.
Мы не ищем славы, не ищем золотых медалей,
Мы просто делимся тем, что сами проживали.
В этих подъездах, где нет места для фальшивых лиц,
Мы ищем смысл среди бетонных границ.
(Припев)
Грязные подъезды, бетонные сердца,
Мы так хотим пройти все до конца.
Здесь история, каждый след начала,
Среди оплеванных стен, что видели рассветы и закаты.
Грязные подъезды, бетонные сердца,
Мы так хотим пройти до последнего шанса.
Здесь история и каждый след начала,
Среди оплеванных стен, что видели рассветы и закаты.